История развития криминалистики

 

В наиболее развитых капиталистических странах криминалистика сформировалась во второй половине XIX в., в период резкого обострения социальных антагонизмов и быстрого роста преступности.

Основоположником криминалистики как науки считается австрийский судебный следователь Ганс Гросс, который одним из первых заострил внимание на вещественных доказательствах в раскрытии преступлений, на использовании для их обнаружения и исследования научно-технических средств и методов естественных наук. Написанное им "Руководство для судебных следователей, чинов общей и жандармской полиции" позже стало называться "Руководство для судебных следователей как система криминалистики" (1892).

В государствах Западной Европы криминалистика возникла и совершенствовалась прежде всего как прикладная, техническая дисциплина, обобщающая деятельность полиции, не регламентируемую законом, что нашло отражение в трудах А. Бертильона, Э. Локара, Р.А. Рейсса и Ф. Гальтона.

Характерной чертой развития зарубежной криминалистики является почти полное отсутствие работ, посвященных исследованию ее методологических и теоретических основ. Вследствие этого и сейчас в большинстве капиталистических стран криминалистика не признается самостоятельной наукой, а рассматривается как вспомогательная, сугубо прикладная дисциплина либо вообще как "полицейская техника", лишенная правовой регламентации. Поэтому круг проблем криминалистики ограничивается комплексом специальных технических средств и приемов, ей отводится роль дисциплины, призванной разрабатывать чисто технические рекомендации по раскрытию и расследованию преступлений. И, как следствие такого подхода, в ряде стран (в частности, в США) криминалистика преподается далеко не во всех юридических вузах.

Несмотря на отмеченную "однобокость" развития, наиболее полные курсы зарубежной криминалистики обычно состоят из четырех разделов: 1) техника совершения преступлений; 2) криминалистическая техника; 3) криминалистическая тактика; 4) организация борьбы с преступностью. В первом разделе рассматриваются способы различных преступных посягательств. Два последующих посвящаются соответственно техническим и тактическим аспектам криминалистики, причем в учебниках большого объема в них выделяются особенные части, учитывающие специфику технических и тактических приемов применительно к отдельным составам преступных посягательств.

Раздел об организации борьбы с преступностью обычно состоит из двух частей. В первой освещаются внутригосударственные, а во второй международные формы и методы уголовного преследования. В первой части описывается взаимодействие государственных и иных органов, в том числе частных сыскных бюро и агентств, организаций самозащиты граждан, союзов по защите от мошенничества в области кредитных операций и др. Значительное внимание уделяется использованию средств массовой информации и коммуникации, формированию профессиональных качеств следователя.

Вторая часть данного раздела раскрывает международно-правовые аспекты борьбы с организованной преступностью. Здесь описывается организация работы Интерпола, роль которого постепенно возрастает ввиду того, что преступность все более приобретает международный характер. Кражи произведений искусства и фальшивомонетничество, контрабанда и терроризм, торговля наркотиками и "живым товаром", подделка кредитных карточек, дорожных чеков и иные экономические преступления не признают государственных границ. Поэтому полицейские органы многих государств уже давно кооперируют свою деятельность в борьбе с международной преступностью, что положительно сказывается на результатах. Членом Интерпола является и Российская Федерация.

Рост преступности, наблюдаемый практически повсеместно, вынуждает государства изыскивать все более эффективные меры борьбы с нею. Полиция получает на вооружение самые современные технические средства и методы, обеспечивающие быстрое реагирование на совершенное преступное посягательство, информационный контроль за преступниками с помощью мероприятий полицейской и "внутренней" разведки.

Собранная информация подвергается электронной обработке и закладывается в базы данных компьютерных сетей, обслуживающих правоохранительные органы. Полицейская автоматизированная информационная сеть замкнута и обслуживает такие развитые капиталистические страны, как США, Англия, Франция, Япония, Канада. Даже из патрульного полицейского автомобиля можно получить нужную информацию, хранящуюся в памяти компьютера, включенного в эту служебную сеть. Большое внимание уделяется работе лабораторий криминалистической экспертизы, оснащенных весьма современным аналитическим оборудованием.

Неплохо развита и так называемая полевая криминалистика, т.е. криминалистические средства и методы, приспособленные для применения в ходе осмотра места происшествия, обыска, задержания, освидетельствования и других следственных и розыскных действий, проводимых в сложных, а зачастую и неблагоприятных условиях. Полиция США, ФРГ, Англии, Франции, Японии располагает специально оборудованными автомобилями и вертолетами, широко использует в работе телевидение, компьютерную и лазерную технику. Полицейские органы активно применяют портативные приборы и датчики для предварительного экспресс-анализа крови, наркотических и взрывчатых веществ, поиска драгоценных металлов, трупов. Они удобны и результативны в применении. Большое внимание уделяется разработке эффективных наборов средств для работы с различными следами и микрообъектами, а также для личной защиты и безопасности сотрудников полиции при задержании вооруженных преступников.

В повседневной деятельности полиции используются многие новейшие достижения научно-технического прогресса, в частности средства микроанализа, голографии, компьютерных технологий. Электроника широко представлена также в криминалистической фотографии: это автоматические камеры, обеспечивающие точную наводку на резкость, установку выдержки и диафрагмы даже при съемках в сложных условиях; микропроцессоры, которыми оснащены фотоувеличители, регулирующие автоматический подбор светофильтров при печатании цветных снимков, и т.д. В большинстве развитых капиталистических государств полиция уже давно использует только цветные фотоматериалы. Применяются фотоаппараты, исключающие процесс фотопечати, цифровые камеры, снимающие на дискеты. Отснятые кадры можно сразу же просмотреть на экране монитора, вывести на печать через принтер компьютера, передать по телекоммуникационным каналам. Давно и широко распространена цветная видеозапись, в том числе цифровая.

Все более совершенствуются криминалистические средства предотвращения преступных посягательств: различные системы контроля и допуска, исключающие недозволенное проникновение на охраняемый объект, пронос оружия, взрывчатки, наркотиков, драгоценных металлов, товаров, снабженных специальными бирками, и т.д. Активно применяются портативные детекторы фальшивых денег и ценных бумаг, следящие и регистрирующие системы в банках, супермаркетах и других учреждениях, где сосредоточиваются крупные суммы денег и ценные товары.

Большое внимание уделяется разработке и использованию аналитических средств при допросах, в особенности устройств типа полиграф, вариограф, детектор скрываемого знания и т.п.

Приборы типа полиграф уже многие годы применяются в практике борьбы с преступностью более 20 государств, в том числе США, Швейцарии, Японии, Турции и др. Там созданы специальные лаборатории, обслуживаемые квалифицированными специалистами. Некоторые современные конструкции полиграфов бесконтактно регистрируют десятки различных психофизиологических параметров, динамика которых анализируется встроенным компьютером по специальной программе. Точность диагностики причастности лиц, подозреваемых в совершении преступлений, обеспечивается в пределах 75-100%. (Подобные устройства, причем отечественного производства, стали применяться с 1995 г. и органами МВД России. С их помощью, например, в Краснодарском крае уже раскрыты сотни самых различных преступлений).

Усилиями зарубежных криминалистов решены такие крупные научно-практические проблемы, как компьютерная обработка, хранение и анализ дактилоскопической информации, идентификация человека по его генотипу, отождествление по голосу и др. Эти подлинно значительные достижения в сфере криминалистической техники и судебной экспертизы должны активнее использоваться отечественными криминалистами, что послужит совершенствованию их профессиональной деятельности в сложных современных условиях.

 

Совершенствование криминалистики как науки в первые годы советской власти серьезно затормозилось. Такие ведущие отечественные криминалисты, как В.И. Лебедев, С.Н. Трегубов, Б.Л. Бразоль оказались в эмиграции, научно-судебные кабинеты в Киеве и Одессе были разграблены и не сразу возобновили свою работу.

В постоктябрьский период российская криминалистика продолжила свое развитие в особых исторических реалиях: механизм буржуазного государства был сломан, а органы полиции, суда и прокуратуры ликвидированы. Иными стали социально-политические ориентиры криминалистики, которая была обращена на службу партийно-государственному аппарату, использовалась для борьбы с контрреволюцией, спекуляцией, саботажем, а затем иногда и с проявлениями инакомыслия. Коренным образом изменились ее правовая и методологическая основы, поскольку уголовное и уголовно-процессуальное законодательство было пересмотрено. Все это не могло не отразиться на содержании и практическом применении криминалистических средств, методов и приемов.

Концепции зарубежных криминалистов подверглись огульной критике и ревизии, а их работы были объявлены носящими догматический, идеологизированный характер. И тем не менее советские криминалисты постепенно накапливали эмпирический материал, решали задачи развития своей науки, использовали ее рекомендации в практике раскрытия и расследования различных преступных посягательств.

Первый этап постоктябрьского развития отечественной криминалистики (1918-1940) характерен сугубо практической направленностью научных исследований. Обобщался опыт применения методов и средств, позаимствованных после соответствующей доработки из других областей знаний, а также разработанных криминалистами самостоятельно. Были продолжены переводы работ зарубежных авторов, главным образом по криминалистической технике.

Первую попытку определить предмет и содержание советской криминалистики предпринял в 1921 г. Г.Ю. Манс. Он писал, что криминалистика изучает способы совершения преступлений, быт уголовного элемента, приемы расследования преступлений и идентификации преступников. Тогда криминалистику считали одной из естественно-технических наук, отграничивая ее таким образом от уголовного процесса.

Начальный этап советского периода развития криминалистики связан с научной и практической деятельностью И.Н. Якимова, В.И. Громова, П.С. Семеновского, С.А. Голунского, С.М. Потапова и др. Они пришли в науку, хорошо зная практику борьбы с преступностью, обобщая ее достижения в целях совершенствования средств и методов раскрытия и расследования преступлений.

В 1935-36 гг. вышел в свет первый отечественный учебник по криминалистике, в котором имелись разделы по уголовной технике и тактике, а также методике расследования преступлений. В нем был сконцентрирован и обобщен достигнутый к тому времени уровень развития науки. В 1938-39 гг. его переиздали с некоторыми исправлениями и дополнениями. Следует отметить, что родоначальники отечественной криминалистики включали в тактику учение о профессиональном преступнике, его привычках, суевериях и жаргоне, а также другие данные, которые позднее были отнесены к предмету криминологии. До 1929 г. в тактику включались и отдельные рекомендации по расследованию краж, мошенничеств, убийств, которые затем вместе с другими частными методиками составили содержание криминалистической методики расследования преступлений.

Хотя в учебнике и в других криминалистических работах рассматриваемого этапа подчеркивалось, что все научные средства и методы должны применяться в полном соответствии с нормами действующих законов и обеспечивать установление истины по уголовным делам, практика органов НКВД и МГБ, как известно, шла по другому пути, применяя к "врагам народа" физические и психические пытки, фабрикацию "доказательств" их виновности и другие подобные "приемы".

В 1932 г. при МУРе начал работать кабинет экспертизы, преобразованный в 1935 г. в научно-техническое отделение московской милиции. В том же году открылась криминалистическая лаборатория при Московском правовом институте. Аналогичные лаборатории были организованы при Ленинградском, Свердловском, Саратовском, Иркутском, Казанском, Ташкентском и других юридических вузах. Лаборатории создавались как научно-технические базы для обучения студентов, однако в них проводились также экспертные и научно-исследовательские работы.

Обобщение богатого эмпирического материала на первом постоктябрьском этапе развития отечественной криминалистики послужило базой для формирования в 1940-60 гг. (второй этап) ряда криминалистических теорий и учений. В эти годы закладывались методологические основы криминалистики, разрабатывалась научная база ее составных частей. После напряженных дискуссий было сформулировано понятие предмета криминалистики как юридической науки о технических средствах и тактических приемах работы с судебными доказательствами в целях раскрытия и предупреждения преступлений.

С.М. Потапов заложил основы теории криминалистической идентификации и установления групповой принадлежности. Большое внимание в рассматриваемый период уделялось разработке проблем трасологии и баллистики, которые получили оригинальное разрешение в трудах Б.М. Комаринца и Б.И. Шевченко. По этим и другим проблемам криминалистики в последующие годы они опубликовали свои монографии, ставшие настольными книгами экспертов и следователей.

Значительное внимание уделялось совершенствованию запечатлевающих и исследовательских методов и средств судебной фотографии, разрабатывались теория и методики криминалистического исследования рукописных и машинописных документов. Дальнейшее развитие получила уголовная регистрация: сложились теоретические представления о ее научных основаниях, видах, методах использования в борьбе с преступностью.

В разделе следственной тактики формировалось учение о следственной версии и планировании расследования. С.А. Голунский, например, раскрыл интеллектуальный механизм планирования, роль в нем версий и способы их проверки. Велись исследования и в области тактики отдельных следственных действий: осмотра, обыска, допроса, выемки, освидетельствования, очной ставки и др.

Тяжелые военные условия 1941-45 гг. поставили перед отечественными криминалистами новые сложные задачи. Обострилась проблема разработки способов выявления фальшивых документов, изготавливаемых фашистскими спецслужбами для своих агентов, засылаемых в тыл Красной Армии. С этим вопросом тесно переплетался другой экспертиза оттисков печатей и штампов, машинописных и рукописных текстов, поскольку все документы имели такие оттиски, заполнялись от руки либо с помощью машинописи. Немалые трудности вызывали исследования поддельных продуктовых карточек и иных документов, регулирующих распределение продовольствия.

Особую актуальность приобрела разработка методик расследования различных воинских преступлений, таких, как дезертирство, неповиновение командиру, членовредительство с целью уклонения от участия в боевых действиях. Повышенные требования предъявлялись к судебной баллистике, поскольку многие преступления совершались с применением огнестрельного оружия, которое стало широко доступным. Идентификация оружия по стреляным пулям и гильзам была в те годы и осталась до настоящего времени одной из актуальнейших задач судебно-баллистической экспертизы.

В 1941 г. был издан переведенный с французского капитальный труд Э. Локара "Руководство по криминалистике", в котором подробно рассматривались вопросы дактилоскопии, пальмо- и плантоскопии, графометрии, исследования пыли, а также документов, отпечатанных на пишущих машинках.

В военные годы криминалистам-практикам очень помогла работа Б.М. Комаринца о дактилоскопической регистрации на расстоянии, вышедшая в 1937 г. Она оказалась весьма полезной, поскольку центральное уголовно-регистрационное бюро со всеми картотеками перебазировалось в Уфу, а справки наводились в основном по телефону или телеграфу. Б.М. Комаринец предложил не передавать изображения дактилоскопических узоров, что по тем временам было очень сложно и дорого, а описывать их по определенной системе. Закодированные особенности папиллярных узоров всех 10 пальцев при передаче по линиям связи сложностей не представляли.

В 1946 г. вышло в свет первое издание монографии П.И. Тарасова-Родионова "Предварительное следствие". В ней рассматривался широкий круг проблем, но в особенности организационные и тактические основы, принципы и методы ведения следствия, тактика следственных действий, вопросы, разрешаемые в ходе экспертиз. Больше внимания уделялось и методикам расследования отдельных видов преступлений: хищений государственного и общественного имущества, убийств, пожаров и поджогов, транспортных происшествий.

В 1948-51 гг. были созданы научно-исследовательские криминалистические лаборатории Министерства юстиции СССР в Ленинграде, Ростове-на-Дону, Хабаровске, Саратове, Свердловске, Новосибирске, Минске. В 1962 г. на базе Центральной криминалистической лаборатории и Московской областной НИКЛ открылся Центральный НИИ судебных экспертиз. В феврале 1949 г. был учрежден ВНИИ криминалистики Прокуратуры СССР, который обобщал следственную и экспертную практику, занимался совершенствованием научно-технических средств и методов борьбы с преступностью. В 1963 г. его переориентировали на изучение причин и разработку мер предупреждения преступности, а в 1989 г. на решение проблем укрепления законности и правопорядка. Дальнейшее развитие получили экспертные криминалистические учреждения в системе МВД.

Третий этап, начавшийся в 1960-е гг., характерен нарастанием интенсивности развития отечественной криминалистики, особенно в плане формирования ее общей теории. К этому времени наша криминалистика накопила богатый эмпирический материал, послуживший основой для углубленных науковедческих изысканий. Общая теория стала той базой, которая обеспечила рост криминалистики по законам дифференциации и интеграции специальных знаний, содействовала всестороннему исследованию сущности предварительного расследования, оперативно-розыскной, судебной и экспертной деятельности, дальнейшей разработке и совершенствованию средств, методов и приемов борьбы с преступностью. Все направления криминалистической науки, ее частные теории и учения обогащались благодаря обращению к социологии, психологии, прогностике, теории вероятностей, математике, логике, кибернетике, информатике, моделированию, другим передовым направлениям научной мысли.

Поступательное развитие российской криминалистики привело к выделению из нее в качестве самостоятельных отраслей знаний теории оперативно-розыскной деятельности и судебной психологии. Возникли новые направления, связанные с применением в криминалистике положений кибернетики, теории игр, одорологии, теории моделирования. Стали активно исследоваться общие принципы и методики, объекты, специальные средства, развиваться новые виды криминалистических экспертиз, разрабатываться приемы и методы использования специальных познаний самого широкого спектра.

Общая теория криминалистики способствовала дальнейшему развитию учения о планировании расследования и выдвижении криминалистических версий: были уточнены элементы и содержание этого учения, его понятийный аппарат. Объектом изучения стала природа следственных действий. Комплексному анализу подвергался опыт проведения следственного осмотра и эксперимента, предъявления для опознания, допроса, очной ставки, обыска, задержания. В криминалистической тактике начал разрабатываться ряд новых перспективных направлений: учение о следственных ситуациях, криминалистических операциях, тактических комбинациях.

Методика расследования отдельных видов преступлений также углубила и расширила свои основы. Полнее определены ее исходные положения, в том числе предмет, система, принципы и задачи, место в структуре криминалистики. Детально разработаны методики расследования должностных хищений, убийств, изнасилований, разбоев, краж, дорожно-транспортных происшествий и др. Завершается формирование методики расследования преступлений несовершеннолетних, лиц, отбывающих наказание, нераскрытых деликтов прошлых лет и тех, которые совершаются рецидивистами, расследования групповых преступлений и др. Большое внимание уделяется разработке информационных моделей преступлений, алгоритмизации следственной деятельности, компьютеризации методик расследования.

Криминалистическая методика развивается благодаря изучению современных способов совершения преступлений, образующихся при этом следов; разработке систем типовых следственных ситуаций и версий; совершенствованию криминалистического анализа содеянного и личности виновного; обобщению передового опыта раскрытия и расследования преступлений особенно совершаемых организованными группами и сообществами в сфере реформируемой российской экономики: с использованием компьютерной техники, мошенничеств с кредитными картами и векселями, преступных уклонений от уплаты налогов и др.

В заключение необходимо отметить, что распад СССР негативно отразился на темпах развития криминалистики. Разрушилась фактически единая система следственных, экспертных и розыскных органов, ослабли связи между криминалистами, оказавшимися в разных суверенных государствах, затормозились прикладные и теоретические исследования. Постепенно эта негативная тенденция преодолевается, в том числе за счет укрепления связей с криминалистами, работающими в индустриально развитых странах.

 

Знание основных этапов становления отечественной криминалистики помогает глубже понять ее роль в борьбе с преступностью, а также истоки и тенденции развития.

Появление криминалистических методов, средств и приемов неразрывно связано с отправлением правосудия, следственной, сыскной и экспертной деятельностью. Правда, о допросах, обысках, опознании преступников упоминается уже в таких богослужебных книгах, как Ветхий и Новый заветы, Авеста, Коран. О них говорится и в памятниках права Древнего Рима, Китая, Греции, Германии, Франции, других стран. Конечно, это были умозаключения, основанные на житейском опыте, которые реализовывались в рамках тогдашних процедур обычного права.

Некоторые из подобных действий и приемов нашли отражение в отечественных правовых актах, например в "Русской правде", договорах Руси с иностранными государствами. Еще в XV и ХVI вв. писари и дьяки в Москве, Новгороде, Пскове, Верхотурье "свидетельствовали" подложные документы, проводили сличение подписей, скрепляющих рукописные тексты, о чем сохранились упоминания в летописях, торговых и иных архивах.

Начиная с XVII в. в работах по уголовному судопроизводству появляются рекомендации о привлечении к расследованию и судебному рассмотрению уголовных дел лиц, сведущих в распознавании ядов и сличении почерков, обладающих медицинскими и другими специальными познаниями. В XVIII в. были предприняты первые попытки обобщения отечественной судебной практики. Так, в работе И.Т. Посошкова "О скудости и богатстве" (1724) рассматривались не только вопросы судопроизводства, но и обычные тогда приемы ведения следствия: испытание на дыбе, огнем и железом, лишением пищи и воды.

В 1805 г. вышло в свет первое в России пособие, содержащее общие правила и тактические приемы расследования преступлений, "Зерцало правосудия", где названо несколько направлений изобличения виновного: "от лица" (потерпевшего), "от причины", "от дела" (т.е. происшествия), "от места", "от способа", "от орудий", "от времени" и пр.

Как и в других государствах, в Российской империи становление криминалистики неразрывно связано с развитием уголовного процесса. В первой половине XIX в. интерес к следственной деятельности заметно возрос: было опубликовано несколько работ, суммирующих практикуемые приемы допроса, очной ставки, обыска, иных следственных действий. В этой связи заслуживает упоминания "Опыт краткого руководства для произведения следствий" (1833) Н. Орлова. В нем говорится: "Производить следствие надлежит по горячим следам с особенным вниманием и крайней осмотрительностью, дабы ни малейших обстоятельств, особенно при начале, не было выпущено из виду". Здесь же содержатся отдельные рекомендации о тактике производства допроса свидетелей, очной ставки между ними, предъявления для опознания подозреваемых.

В работе Я. Баршева "Основания уголовного судопроизводства с применением к российскому уголовному судопроизводству" (1841) говорилось, например, что "домашний обыск должен быть производим неожиданно, со всею внимательностью и наблюдением над действиями лиц, живущих в обыскиваемом доме" или что "наилучшим должно почесть тот образ допроса, в котором делается переход от более общих вопросов к наиболее частным, чтобы таким образом дать обвиняемому повод высказать себя и обстоятельства преступления, также когда материал следующих вопросов заимствуется от ближайших ответов". Более того, описание хода и результатов осмотра места происшествия, "личного осмотра преступления и следов его" должно быть настолько подробным и точным, чтобы те, "которые должны воспользоваться этим актом, могли получить посредством него столь ясное и полное представление о предмете осмотра, как будто б они сами произвели его". Есть в этой работе и методические рекомендации по расследованию убийств, краж, должностных подлогов, злостного банкротства.

Начиная с 1864 г. вследствие коренной судебной реформы, главным достижением которой стал отказ от теории формальных доказательств, резко возрос интерес к использованию косвенных улик, приемам их собирания и оценки. Отметим, что в лекции по теории судебных доказательств, прочитанной в Санкт-Петербургском университете в 1860 г., В.Д. Спасович говорил: "...для преобразования нашей современной системы доказательств, очевидно не удовлетворяющей требованиям охранения общественного порядка, необходимо выдвинуть вперед доказательство посредством улик, предоставив судьям право приговаривать по их совокупности".

Характерным примером здесь может служить труд А.А. Квачевского "Об уголовном преследовании, дознании и предварительном исследовании преступлений по Судебным уставам 1864 года". В нем анализировались способы совершения отдельных видов преступлений, подчеркивалась роль следов в установлении и изобличении преступника, подробно рассматривались порядок изучения документов, упаковки вещественных доказательств, другие приемы собирания судебных доказательств. Автор писал: "Одним из лучших указателей на известное лицо служат следы его пребывания на месте преступления, они бывают весьма разнообразны: следы ног, рук, пальцев, сапог, башмаков, лошадиных копыт, разных мелких вещей, принадлежащих известному лицу; следы бывают тем лучше, чем более дают определенных указаний, чем отличительнее они, чем более в них чего-либо особенного, например, отпечатков разного сорта гвоздей на подошвах, след копыта лошади, кованной на одну ногу; здесь точное измерение, то есть определение тождественности вещей с тождественностью лица, может повести "ко многим указаниям".

П.В. Макалинский в "Практическом руководстве для судебных следователей" (1901) так писал об использовании фотосъемки при осмотре места происшествия: "В особенности большую пользу могла бы приносить фотография в осмотрах по делам об убийствах, виновные в которых еще не известны: здесь каждая мелочь имеет значение, а между тем часто при осмотре довольно трудно угадать, на какие именно мелочи следует обратить преимущественное внимание; фотография передаст все без упущений. Притом, как бы ни был добросовестен и тщателен осмотр, как бы он ни был ясно, последовательно, картинно и даже художественно изложен, описание никогда не может дать такого наглядного представления, как фотография". Здесь же подробно излагаются приемы изготовления гипсовых слепков со следов ног и возможности экспертизы документов.

Развитию криминалистических знаний в России способствовало издание переводов работ зарубежных авторов: "Руководство для судебных следователей" Г. Гросса, "Словесный портрет" и "Научная техника расследования преступлений" Р.А. Рейсса, "Уголовная тактика. Руководство к расследованию преступлений" А. Вейнгардта.

Начиная с 1880-х гг. журналы "Право", "Вестник полиции", "Журнал министерства юстиции", "Юридическая летопись", "Журнал гражданского и уголовного права", а также "Юридическая газета" и "Судебная газета" периодически публиковали статьи иностранных и отечественных криминалистов, что весьма способствовало распространению криминалистических знаний среди юристов-практиков.

В 1894 г. в Одессе вышла в свет работа М. Шимановского "Фотография в праве и правосудии". В 1908 г. С.Н. Трегубовым подготовлена "Настольная книга криминалиста-практика", а в следующем году В.И. Лебедев опубликовал "Искусство раскрытия преступлений". Эта книга была расширена и переиздана в 1912 г. с подзаголовком "Дактилоскопия".

Накопление криминалистических знаний в сфере судебной экспертизы отличалось некоторым своеобразием. Сказались особенности развития отечественного естествознания, сыграли свою роль научные учреждения дореволюционной России. Еще в XVIII в. Императорская Академия наук по ходатайствам судов и полиции решала вопросы судебно-медицинского характера, определяла содержание золота и серебра в драгоценных сплавах. С середины XIX в. в Академии наук начали подвергать анализу спорные документы.

В 1818 г. была создана Российская экспедиция заготовления государственных бумаг, одной из функций которой стало проведение экспертизы подозрительных банкнот. Фотограф экспедиции Г.К. Скамони сконструировал прибор для распознавания фальшивых ценных бумаг - верификатор. В 1878 г. в составе Русского технического общества выделился фотографический отдел. В числе его учредителей выступили известные русские химики Д.И. Менделеев и А.Н. Бутлеров, которые занимались также и экспертной деятельностью.

Первым криминалистическим учреждением в России считается судебно-фотографическая лаборатория, созданная в 1889 г. Е.Ф. Буринским при Санкт-Петербургском окружном суде. Она послужила отправным пунктом в формировании системы российских экспертных учреждений. Вклад Е.Ф. Буринского в развитие отечественной криминалистики заключался главным образом в разработке новых фотографических методов исследования документов. В 1892 г. он был удостоен высокой награды Академии наук - премии имени М.В. Ломоносова за открытия в области научно-исследовательской фотографии и их практическое использование. Его "Судебная экспертиза документов" (1903) и сегодня читается с большим интересом. Немало сделал Е.Ф. Буринский и для совершенствования почерковедческой экспертизы. Он лично провел ряд особо сложных экспертиз, доказал перспективность использования в криминалистике математических и других точных методов.

Многопрофильным криминалистическим учреждением стал кабинет научно-судебной экспертизы при прокуроре Санкт-Петербургской судебной палаты, открытый в 1912 г. Через два года кабинеты научно-судебной экспертизы начали действовать в Москве, Киеве и Одессе. Деятельность этих кабинетов способствовала активному внедрению криминалистических знаний в российский уголовный процесс, совершенствованию средств и методов раскрытия и расследования преступлений.

О том, что в рассматриваемый период научный и практический уровень криминалистики и судебной экспертизы в России был не ниже зарубежного, свидетельствует, в частности, высшая награда, полученная русским отделом судебно-полицейской фотографии на международной фотовыставке в Дрездене в 1909 г. В выставке принимали участие не только столичные, но также Самарское и Уфимское полицейские отделения. В русском отделе экспонировались руководства, таблицы и практические пособия по судебной фотографии, регистрационные снимки преступников и их отпечатков пальцев, фотоиллюстрации к раскрытию опасных преступлений: фальшивомонетничеств, убийств, разбойных нападений, краж со взломом.

 

Наши партнеры